Глава 1: «Обычное Рождество в Дель-Норте»

— Хлопни дверью еще раз, может по пути открыться, — вдруг ожил будущий бывший детектив МакМиллан. Заключительные полчаса «праздничного» — как сказал капитан – брифинга, Эдди «Мак» МакМиллан дрейфовал в собственных мыслях. Практически не реагировал на плоские шутки циников-коллег; напутственным словам отвечал сдержанным «спасибо, сэр». Впрочем, ему это прощалось: с воскресенья ветеран и легенда, гроза преступности Эдди-Мак на пенсии. Именно поэтому Алекса Ривза — новичка в полицейском департаменте Дель-Норте — и поставили к нему в пару.

Несуразный Бьюик Седанет, явный ровесник детектива, неожиданно резво сорвался с парковочного места и нагло втиснулся в транспортный поток.

— Ну и как тебе Афганистан, сынок?

— Жарко, — Ривз не горел желанием общаться.

Старик не понравился ему. Грубый, полагающийся на силу, прущий буром там, где хватило бы вежливой улыбки. С его габаритами и значком, детектив для многих являлся непобедимым Голиафом. Нечасто находился смельчак, готовый сразиться с этим берсерком — больно уж устрашающе смотрелись расквашенный в драке нос и медно-карие глаза, глядевшие из-под угрюмых надбровных дуг. Свои особые черты вносил и возраст, придавая МакМиллану облик матерого волка.
Сам же Алекс любил осаживать таких «танков». Сухой, невысокий пацан – а Ривз совершенно не выглядел на свои тридцать – любил покрасоваться: сперва игрался, заманивая и выводя противника из себя, чтобы затем парой точных и быстрых ударов убаюкать гиганта на радость толпе. И, конечно, красавицам. Первоклассное шоу, где голубоглазый принц оборачивается бесстрашным воином.

— Ха! А вернулся зачем?

— Ну кто-то ведь должен делать твою работу, Мак.

— Ха-ха! Конечно, ага!

Сквозь скрипящие дворники, смахивающие ленивые снежинки, Алекс разглядывал город. Его задумчивый взгляд бродил по стенам вековых домов, перепрыгивая уродцев из стекла и бетона. Будто нарочно, глаза сами собой цеплялись архитектурных призраков прошлого – кирпичной кладки, позеленевших медных скульптур, кованых решеток. Цеплялись накрепко, заставляя вертеть головой.

— Откуда ты, а, Ривз?

— Техас.

— Республиканцы или демократы, а, Ривз?

— Конфедераты.

— Ха-ха! Очень смешно! Остряк!

Неспешно просыпались фонари, одно за другим включались в игру окна многоквартирных домов и магазинов. Разгорались украшенные гирляндами вывески. То тут, то там, взор выхватывал ждущие своего торжественного часа ели. И добродушных толстячков в красном. «Merry Christmas, HoHoHo!» — призывно ухали они. Город расцветал красками Рождества.
Предпраздничный трафик, в основном, состоял из сверх занятых мужчин и женщин, торопящихся приобрести заветный для одинокого чада подарок. И домой, скорее домой.
Ежегодную идиллию нарушали лишь многочисленные бумажные кляксы на стенах и столбах – объявления о пропаже людей.

— Часто у вас так? – Ривз отвлекся от миловидного личика, улыбавшегося с цветного плаката под надписью «Missing».
— А?
— Люди, говорю, часто пропадают?
— Это большой город, морпех, — задумчиво изрек Мак, — здесь всегда кто-то пропадает.
И спустя пару секунд добавил:
— Но, да, в этом году что-то слишком часто.

Один из бесконечных поворотов вывел бежевый Бьюик в частный сектор. Здесь, на тихой окраине, срисованной с брошюры об американской мечте, картонные коттеджи соревновались между собой в яркости и многообразии украшений. Практически в каждой гостиной горел свет. Во многих семьи уже собирались за столом, усаживая разбушевавшихся детей.

Перегруженный за день мозг новичка залипал под гипнозом мерцающих огней и традиционных песен, заученных с самого детства. И если бы не до бешенства противный сигнал закрепленного на торпеде мобильника, Ривз так и не убрал бы лба от холодного стекла.
Из-под полуоткрытых век Алекс разглядел короткое сообщение, состоящее из одних только цифр. Эдди, не отрываясь от дороги, ткнул пальцем в экран, запуская навигатор. Популярная программа, переварив координаты, требовала развернуться через сто метров.

— Не похоже, чтобы это было от диспетчера, — Алекс кивнул на молчавшую рацию. – Хьюстон! Прием! Куда мы едем?
— Не вопи. Надо местечко одно проверить.
— Класс! Эд, если ты не знал, сегодня Рождество.
— Да-а?! А я все думаю, что за жиртресты в красном…
— Смешно. Далеко?
— За городом. Через пару часов вернемся.
— Офигительно! Эд, я ненавижу жрать индейку холодной.
— Разогреешь в микроволновке. Ты же умеешь, ведь так?

Солнце, прощаясь, подмигнуло в зеркало заднего вида.

* * *

Спустя час поездка по сумеречному городу превратилась в живописный ночной круиз по скоростному шоссе. Бьюик, рыча мотором, вгрызался в затерявшийся меж секвой серпантин. Дель-Норте, играя разноцветными огнями бескрайнего светлячкового поля, без остатка завладел вниманием Ривза.

— Не торопись влюбляться в этот город, морпех, — убил тишину Мак.
— Угу.
— Он наполнен странностями по самую крышу Вест-Бэй Билдинг. Здесь каждый день происходит множество странных, реально странных дел.
— Вот как…
— Ага. До охрененности странных дел, Ривз. С ним нужно постоянно быть начеку. В любой момент эта земля может выкинуть какую-нибудь фигню.
— Угу.
— Он как дикая женщина. Манит тебя, стреляет глазками, шепчет на ушко. А потом кааак… Ты слушаешь, а, морпех?
— Слушаю, Мак.
— Вот. Держи нос по ветру, парень. Прям в любую секунду может… Сейчас, например.

МакМиллан, убавил скорость, уводя автомобиль на обочину. Седанет, хрустя заснеженным гравием, остановился на смотровой площадке.

— Эй, морпех. Как считаешь, давно он тут стоит?

Ривз прошелся взглядом по укрытой белым легковушке. Горящие габариты были едва видны, колеса на пару дюймов скрылись в снегу.

— Около часа.
— Похоже на то. Пойдем глянем.

Почти синхронно хлопнули двери, заскрипели подошвы. С тихим звуком скользнул рукав куртки по стеклу. Взгляд внутрь салона.

Пусто.

Со стороны водительской двери донесся голос МакМиллана:
— Морпех. Ты видел гризли?
— Ты про фильм? Нет.
— Нет, не про фильм, — долетел до Ривза шепот. И уже громче:
— Индейка отменяется, напарник. Смотри.

В том месте снег, лежащий вне пятна уличного освещения, приобрел почти черный цвет. Эдди присел, зачерпнул темную массу, поднял руку к глазам. Многозначительно посмотрел на новичка. Развернул ладонь, показывая загустевшую кровь. Отвернулся. Спустя секунду указал пальцем на торчащий огрызок сигареты. Затем ловко опустился к самой земле и, просканировав следы волочения, уперся взглядом в лес. В темный ночной лес. Жуткое царство вечнозеленых секвой.

Мак вернулся к машине, достал смартфон. Активировал быстрый набор, дождался сигнала, коротко бросил: «Сбор». Нажал кнопку сброса. Шумно вздохнул и, позвав жестом Ривза, подошел к багажнику.
Алекс четко уловил изменения в настроении старшего. За неделю совместной работы, новичок видел его уже дважды. В таком состоянии МакМиллан бил в лицо.

— Что у тебя за ствол, морпех?
— Штатный Глок.
— Тьфу. Иди завтра же к Бобби. Сдай ему свой водяной пистолетик, слышишь, а, Ривз?
— Слышу, Мак.
— И возьми у него нормальный ствол. Пушка для мужчин, понял, Ривз?
— Да. Понял.
— Хорошо. А пока, вот, на, держи, — МакМиллан с силой едва не в лицо ткнул здоровенным дулом семизарядного Кольта, торчащего из кобуры.
— Эй! Полегче! Твою мать, Эд, он еще и взведен! Ты с ума сошел, старик?!
— Никогда не знаешь, когда нужно будет палить. А, Ривз? Ты же морпех?
— Морпех.
— Ну вот и отлично. На, надень под куртку, – Эдди протянул защитный жилет. Интонация в голосе детектива вновь изменилась: на место гневу пришла абсолютная сосредоточенность в действиях.
— И это, — в руки упало полицейское ружье с патронташем на цевье, — На. Замени патроны в Кольте.
— Что за хрень? – Ривз вертел в руках совершенно незнакомый патрон крупного калибра. Странный срез, какие-то прожилки… — Я не понял…
— Тебе и не надо, Ривз! Пока не надо. Усек?
Алекс Ривз, ветеран морской пехоты США, хорошо показавший себя в трех контрактах в Афганистане, опешил: с ним давно никто так не говорил. И это злило. Чертовски злило. Вообще все злило. Особенно этот город.
— Сейчас слушай меня. Не рыпайся. Никаких лишних движений. Ни слова. Даже не пердеть! Делай только то, что скажу тебя я. Ясно?
«Ты вообще кто такой…»
— Не слышу, солдат!?
— Да, сэр! – сквозь зубы выдавил Алекс. А сам в этот момент буквально за шиворот держал рвущееся в атаку разъяренное Я.
— Хорошо. А теперь цепляй кобуру и пошли.

* * *

Лучи служебных фонарей бодро ползли по петляющей зайцем тропе, выискивая ловушки рельефа. Опасный путь то взбирался в гору, то срывался в обрыв, регулярно подставляя под ноги острые грани валунов, и заставляя спотыкаться о массивные корни дремлющих исполинов. Необъятные стволы жадно поглощали свет, усложняя видимость и, тем самым, поиск.
Ривз шел вторым, на десяток шагов отпустив перед собой Мака. Раз в три-четыре метра, ведущий останавливался у похожей на кучку рубинов лужицы, катал бордовые кристаллы между пальцами, хмурился, и, будто взявшая след гончая, вновь мчал вперед.
Порой ветер сносил полосы туч в сторону, обнажая чарующую фигуру луны. Заглядывая сквозь кроны секвой, хозяйка ночи рисовала пугающие фигуры в тенях, флиртуя с фантазией детективов.

Преодолев очередную преграду, Мак вышел на окруженный монолитной стеной пригорок. Небольшой, метров двадцать в диаметре. Едва пробивавшийся сквозь очередную завесу свет искажал белизну сотканного полотна.

Мак шумно втянул носом воздух. И медленно пошел к останкам, видневшимся выше по склону. Издалека тело казалось пропущенным через дробилку, и представляло собой почти бесформенную кучу. Вблизи все выглядело гораздо хуже…
При беглом осмотре складывалось впечатление, что водителя рвали волки. Лохмотья едва прикрывали торчащие осколки ребер, развороченную плоть. Скрюченные пальцы, выпученные глаза и вонь испражнений сообщали о самом жутком исходе: он был еще жив, когда оказался на поляне.

— Не лучшее время для прогулок, джентльмены.

Говоривший возник из ниоткуда, вступая на освещенный луной круг. В неярком свете его лицо казалось безжизненным, а оскал нагонял жути.

— И место, — незнакомец постепенно повышал шипящий голос. – Это частная территория. Чем я регулярно пользуюсь, спуская с привязи псов. И, знаете, иногда, я обнаруживаю кровь на их мордах. Не уверен, что она звериная…

Ривз без труда узнал мгновенно нахлынувшее чувство. Честное, надежное, такое родное и любимое. Чувство, по которому он успел соскучиться. Этот зуд, молнией пронизывающий все тело, вспыхивал, на долю секунды опережая опасность.

— В сторону!

Алекс отреагировал на грохот ружья Мака, а не на крик. Рефлекторно упал на колено, укатился в бок. Как раз для того, чтобы кошмарные челюсти клацнули в дюйме левее от его лица. И для того, чтобы с размаху садануть прикладом по озлобленной морде красноглазого добермана. Псина, скуля, отлетела в снег, открывая обзор за спину Маку. И линию прицеливания. Выстрел. Второй пес исчез в алом облаке.
Прыжок назад.
Щелчок затвора.
Приземление на спину.
Спуск. Грохот.
Ошметки плоти и шерсти летят во все стороны, забрызгивая одежду, кожу.
Щелчок.
Перекат и вспышка боли – третья четвероногая тварь добралась до правой руки. Доли секунды и громадные зубы царапают кость, еще мгновение и добер рывком опрокидывает Алекса набок. Удар оземь.
Новый взрыв боли отрезвляет, заставляет делать хоть что-то.
Левая рука отпускает цевье, ныряет в карман, и прямо сквозь куртку, по три патрона, разряжает обойму Глока в грудь собаке.

— Цел? – бросил Мак, не отводя ствол от лежащего неизвестного.
— Нихрена! Нужен бинт!
— Перетяни жгутом. Кавалерия в пути.

Выдох.
Не паниковать.
Спокойно, без нервов.

Алекс скинул куртку, невредимой рукой расстегнул ремень, выдернул из петель джинс. Кое-как приладил над локтем, сделал три оборота, зубами затянул. Засек время. Затем подошел к замершему над телом незнакомца Маку. В левой руке нетерпеливо подрагивал Кольт:
— Ачешуительный городок! Прям ра…
— Заткнись. Сколько вас?
— Че? Старик, тебе дробина в мозг попала? Ты о чем?
— Знать в курсе? Говори, падаль!

Неизвестный хрипло засмеялся. И тут же получил пулю в голову.

— Морпех, твою мать!
— Что за херня?! У него дыра в груди размером с ведро! Какого лысого он не сдох?!
— Он уже был мертв.
— Чего?! Не-не-не, старик! Корми этой хренью кого другого. Я не верю в зомби.
— Это кровосос, – на лице старика не было ни тени усмешки. Одна лишь многолетняя, хроническая усталость.
— Да хоть… Да что за дерьмо здесь творится?! – Ривз отпрыгнул от рассыпавшегося пылью тела. – Так, мудила, — ствол револьвера глядел в грудь детективу, — Что ты мне подсыпал?
— Ривз…
— Мак, у меня жутко ноет рука и это меня бесит. Я не понимаю, что творится вокруг. И это бесит меня еще сильнее. Я не въезжаю в то, за каким ты меня сюда притащил. И от этого я готов разнести тебе башку. А от того, что это плохо для кармы, я хочу этого еще сильнее. Прям, мать твою, борюсь с искуше…

Это был самый впечатляющий джеб за всю короткую жизнь Алекса Ривза. Голова новичка будто встретила скоростной поезд. Никаких звезд над головой и искр в глазах. Только бесконечная темнота.

* * *

Рвотный спазм согнул Ривза пополам.

— Как ты, морпех?
— Хочу сыграть твоей тыквой в боулинг, — прошипел новичок, утирая губы.

Мак одобрительно хмыкнул.

— Старик, ты мне мозг отшиб. Не вижу ни черта.
— Здесь не на что смотреть. Сырые стены, ржавые решетки. Костей только нет.
— Засунь свои шутки куда подальше, Мак.
— Были бы это шутки. Рука как?

Ривз нащупал обрывок ткани, укрывающий место укуса. Поработал пальцами:
— Пойдет. Тысячник не выбью, но четверть мили – мои.

Плывущий взгляд худо-бедно начал фокусироваться и примечать особенности окружения. Коих обнаружилось лишь одна: абсолютная, беспросветная тьма. Алекс несколько раз махнул перед глазами ладонью, но, хлопнув себя по носу, бросил это занятие.
Вернувшийся слух ловил лишь отдаленный стук капель да глубокое дыхание напарника. Зато обоняние работало отлично, четко определив направление к источнику жуткой вони, играючи победившей амбре остатков обеда у ног парня. Где-то там, в бездонном чреве мрака, некто нашел свой последний приют.

— Долго я был в отключке?
— Пару часов.
— Хрена у тебя удар… Тебя Халк укусил в детстве?
— Ха-х! Нет.
— Слушай, Мак… Так может ты, это… Подойдешь к стене, да вдаришь по ней кулаком, а? Ставлю Франклина, что после третьего удара мы будем снаружи…
— Ставлю три к одному, что не выйдет. Мы под землей, клоуны.

Голос прилетел из того самого угла, где, минимум неделю, разлагался чей-то труп.

— Давно здесь?
— Скоро месяц. Я – Грин.

В следующие полчаса новый знакомый поведал дикую историю о вампирском гнезде в старинном поместье одного из основателей Дель-Норте. В деталях описал свое пленение. Да так красочно, что у Алекса не переставая шевелился загривок.

Парня травили собаками. Почти неделю гнали по пересеченной местности. В те моменты, когда ему казалось, что он оторвался, поблизости вновь возникали псы и гонка разгоралась с новой силой. На шестой день Грин, едва плетясь по одной из многочисленных дорог на границе с Орегоном, наткнулся на туристический фургон.

— Сил не было даже на то, чтобы сказать: «Бегите». Их сожрали прямо у меня на глазах, — его голос не дрожал. Казалось будто эмоции навсегда остались там, в горах. – И тогда я просто сдался. Не шевелился, когда эти твари пытали меня.

Узник замолк. И через некоторое время внезапно продолжил:

— Кровососы придумали развлечение. Решили, что от меня будет польза. Мрази тренируют на мне молодняк.
— Как часто? – нарушил монолог МакМиллан.
— Каждую ночь.
— Значит скоро придут, – и наклоняясь к самому уху новичка:
— Эй, морпех. Ты снова нужен Дядюшке Сэму.

* * *

Вспышка кометой прорезала тьму и взорвалась в глазах Ривза.
— Твою ж мать. Я припомню это тебе, МакМиллан.

— Подъем, мясо. Хозяин хочет вас видеть. Ты тоже, шавка, — вооруженная ружьем фигура на миг закрыла собой источник света, а потом, щелкнув рубильником и утопив узилище светом, прошла внутрь. Вслед за смотрителем в темницу спустились еще шестеро.

Превозмогая боль, Алекс вглядывался в размытые от слез силуэты. Голова кружилась, ноги подкашивались. Желудок бурлил не хуже активной кальдеры. Неуверенное движение, потеря равновесия и голова, вместо каменного пола ударяется о гранитное плечо Мака.

— Держись. Помощь близко, — прошептал старик.
— Какая помощь, мясо? Вам уже никто не поможет. Ему уж точно.
— Н-ка повтри, гниль, — язык Ривза заплетался, проглатывая целые слоги. Мутный взгляд поймал до отвращения иссушенное лицо вампира.
— Ты скоро сдохнешь, мя-со, — ледяные пальцы, отдающие странной смесью запахов, вцепились в лицо, — И подыхать будешь очень мучительно. Ведите их наверх.

Кровосос, не оборачиваясь, вышел. Четверо его слуг сняли замки с цепей, удерживающих Грина и, пихая его стволами, потащили к выходу. Один из двух оставшихся трэллов молча указал детективам идти вперед. Мак подтянул к себе молодого напарника, помогая тому переставлять ноги.

Залитая светом комната выводила в узкий коридор, завершавшийся массивной стальной дверью. Оркестр засовов, визгливый дуэт петель и узники вновь попадают в царствие мрака, где минимально удаленные предметы угадывались разве что по очертаниям.

Процессия тягостно медленно потянулась за надсмотрщиком. Он не просто не торопился, а намеренно, нарочито значимо, вышагивал, смакуя ауру безысходности пленников. Шаги гулким эхо барабанили по протяженным переходам, отражаясь от высокого, украшенного фресками потолка и исчезая в мрачных гобеленах. В редких местах горели стилизованные под факелы бра. Чудные отсветы, вторя искаженному ощущению времени, еще больше нагнетали обстановку.

Наконец группа остановилась у парных дверей двумя этажами выше. Створки приглашающе распахнулись, и приговоренные оказались на пороге огромного зала. Искусный резной камин, ослепляя огнем вошедших, щедро наполнял пространство теплом и светом. Отблески языков пламени жадно касались мебели, предметов роскоши и переплетов книг, тысячами расположенных на массивных стеллажах. Сквозь стеклянный купол крыши, прямо в душу Алексу Ривзу заглядывала знакомая шутница. Нежно, будто прощаясь.

Едва различимый, но хорошо знакомый звук сбил морок.

Стон.

Тягучее ранее время словно включило форсаж.

Ривз разглядел в свете беснующегося огня тела, ковром лежащие перед ними. Неподвижные, в неестественных позах, с будто выкрученными конечностями, и масками нестерпимых мук, практически плавали в бордового цвета озере. А среди них фигуры с горящими красным точками глаз, то и дело припадали губами к рукам, шеям жертв.

«Какого…?!»

Мак поймал за шиворот дернувшегося новичка.

Спустя бесконечный миг, там, позади залитого кровью пола, из-за стола поднялся некто. Густая тень, отбрасываемая колонной, скрывала его от глаз вошедших.

— Так-так, что делает в моем жилище раб Магистрата? – неизвестный, казалось, обращался к сидевшим за столом. Трое его гостей притихли на своих местах, но взгляды устремились в сторону узников. — Именем девятого князя дома Ноктис, законного наследника кантона Дель-Норте, я требую: вошедший в дом Кротгара, назовись!
— Выражаю почтение главе старшего дома Ноктис, — не своим, полным учтивости, голосом начал Мак, — наследному князю Кротгару, и рыцарям его. Я – Эдвард МакМиллан, наблюдатель Магистрата, прибыл с посланием от главы миссии.

Пришедший в себя Ривз внимательно разглядывал пространство. Помимо четверки вампиров за столом, надсмотрщика и его шестерых помощников, Алекс насчитал еще полтора десятка пар красных точек в темноте. Голодных, сверливших их, живых, точек.

— Вот как. Что же, я готов выслушать тебя, наблюдатель.
— При всем уважении, мессе, послание предназначено обладателю Кольца.

Вампиру потребовалось чуть больше секунды на принятие решения. Из-под покрова взметнулась рука, и в свете пламени засиял многогранный рубин:
— Говори, — тон не обещал ничего хорошего тому, кто мгновенно не подчинится.
— Мессе, я прошу разрешения удостоверится в подлинности Кольца, — Мак сделал небольшой, но твердый шаг навстречу украшению.
— Ты испытываешь мое терпение, наблюдатель. Эти секунды дарованы тебе авансом.
— Прошу простить меня, мессе. Но я действую согласно Унии Крови.

Неизвестный издал мерзкий клокочущий звук.

— Быстрее!
— Милорд, можно я убью их для вас? – вступил один из сидящих за столом. Его некогда белый смокинг был густо покрыт алыми пятнами.
— Позвольте мне, милорд, — взвизгнул второй.
— Мессе, разрешите это сделаю я, — прошептал женский голос. – Они такие слааадкие. Особенно тот, помоложе. – Эти слова произнесла обладательница некогда весьма милого лица, застрявшая в памяти Ривза как пропавшая без вести.
— Всему свое время, моя дорогая. Я жду, наблюдатель.

МакМиллан, аккуратно переставляя ноги, направлялся прямо в пасть дикому льву. Спокойно и уверенно продвигался сквозь стонущий ковер. Каждый его шаг, каждое движение находилось в прицелах мертвых глаз. Многочисленные упыри отвлекались от своей жуткой трапезы, выпрямлялись во весь рост и провожали рослую фигуру детектива алчными огоньками. И ждали команды вожака.

Но она так и не поступила.

Мак взошел на помост, будто на эшафот – с гордо поднятой головой. Встал у края стола, напротив укрытого тенью Кротгара.

— Мессе, прошу, подвиньте ближе свечу. Не вижу…
— Да как ты смеешь!? – вскакивая взревел кровосос в смокинге.
— Милорд, он играет с вами, — подал голос надсмотрщик, — Тянет время.
— Всем молчать! Смотри, наблюдатель, — князь поднес руку с кольцом к огню, — Проверка пройдена? – с издевкой молвил Кротгар. – Говори!

«Дьявол» — разочаровано подумал Ривз. В темнице МакМиллан сказал ему о необходимости увидеть и запомнить лицо главной твари в этом доме. Любыми способами и средствами. Даже ценой его, Мака, жизни.

— Да, мессе, — старик на миг замолчал, изображая, что вспоминает слова послания, — Лорд Кейн велит сообщить, что миссия Магистрата в кантоне Дель-Норте поддерживает дом Таири и требует самозванцу, выдающего себя за правителя дома Ноктис, прибыть на трибунал, где лже-наследник будет казнен в присутствии комиссии, состоящей из главы миссии, представителей правящего дома и уполномоченного инквизитора. Непосредственно казнь будет исполнена правителем дома Таири. Так же, лорд Кейн убедительно просит не совершать шагов, запрещенных правилами Унии Крови, дабы не скомпрометировать правящие дома на территории северных штатов.

Неуловимая вспышка сверкнула во тьме:
— Убить.
— Да, милорд, — кровосос-надсмотрщик, растягивая пасть в ухмылке, принял приказ.
— Стоять! – заорал Ривз. – Я хочу увидеть твое лицо, гниль! Я хочу запомнить, как выглядит падаль, пришедшая в мой город! Предсмертное желание! Давай, мразь! Покажи себя!
— Как пожелаешь, — обладатель Кольца на краткий миг подставил лицо отблескам огня.
— Сделано, — сказал Мак. И прыгнул от стола, падая в кучу тел.

Не только Ривз ждал этого сигнала: Алекс давно заметил снайпера на крыше, и потому был готов к моменту, когда сраженный пулей старший конвоир, раскинув руки, потеряет точку опоры. А вот посыпавшиеся словно марионетки, лишившиеся связи с кукловодом, трэллы, оказались приятным сюрпризом.
Ружье само прыгнуло в руки новичку.

Первая нота симфонии разрушения – громыхнувший дробовик – была подхвачена звоном разбивающегося стекла, и глухой трескотней автоматов. Долгожданная кавалерия ворвалась в библиотеку сквозь купол, и сходу открыла огонь, давая возможность Маку убраться подальше от стола. Двое штурмовиков, эффектно нырнувших в помещение с помощью тросов, оказались серьезной угрозой для зазевавшихся вампиров. Но, не смотря на выведенных из строя тюремщика и его слуг, кровососы еще обладали численным и силовым перевесом.

— Ривз, сбей цепи! – крикнул Грин.

Одновременно с выстрелом, освободившим узника, раздался хлопок гранаты. Алекс, рефлекторно отвернувшийся от вспышки, заорал:
— Грин! Хватай ружье… Что за?!

Издав дикий рев, огромный зверь бросился в сторону Кротгара.

— Это оборотень, Ривз! Помогаем! – подоспевший Мак подобрал второе ружье и метким выстрелом разнес голову ближайшему упырю. – Ривз, не спи! Бей в башку!

Зверь, не смотря на габариты, был весьма подвижным. Взмахи огромных лап со свистом рассекали воздух, расшвыривая новообращенных упырей. Челюсти устрашающе клацали, перекусывая нежить пополам. Грин прорывался к заклятому врагу.
Вмиг обстановка перестала быть критической. До этого момента шансы выжить равнялись нулю, но сейчас, когда с ними оборотень, да вооруженные бойцы, надежда расправила крылья.

— Морпех, не дай ей уйти! – крикнул МакМиллан, указывая на намеревающуюся скрыться вампиршу. Тут же отвернулся, и сбил с ног пару фигур одним выстрелом.

Бросок наперерез. Удар ногой в грудь подвернувшейся нежити. Еще три шага к панорамному окну. Вамп двигается быстрее. Выстрел. Промах. Тварь ловко меняет курс, и теперь Ривз стал объектом охоты. Щелчок затвора. Прыжок в сторону. Кувырок. Уход от острых когтей. Блок цевьем. Пинок в живот. Смеется. Выпад деревянным прикладом. Мимо. Скалится. Издеваясь проводит пальцем по горлу. Алекс отвечает: строит глазки, отправляет поцелуй. Вамп скалится. И рассыпается пеплом. Признательный кивок снайперу. И еще один следом, после упавшего за спиной упыря.

Новая вспышка осветила зал: один из штурмовиков серией ударов отправил кровососа прямиком в камин. Следом, его напарник, взмахом узкого клинка, развеял предпоследнего вампира. Кротгар, лихорадочно отбиваясь от смертоносных лап оборотня, пятился мимо книжных полок. В какой-то момент, тварь взвилась в воздух, взобралась на высоченный стеллаж, и, обернувшись стаей летучих мышей, ушла в ночное небо.

Жуткий вой разочарования огласил жажду крови.

— Ладушки, что дальше? – забеспокоился Ривз, ощущая, как вниз за шиворот поползли щупальца ужаса при виде изучающего его оборотня.

Короткий рык и зверь устремляется в погоню.

— Все. Дальше он сам, — выдохнул вставший рядом Мак.
— А кровосос?
— Это больше не наша забота, Алекс. Если его не поймает Грин, им займется наместник дома Таири. Согласно договору, вампиры сами следят за порядком в Дель-Норте. Мы лишь проверяем, чтобы все было ровно.

— Не испачкали штанишки, девочки?
Мак хлопнул по протянутой руке подошедшего воина-великана и кивнул снайперу.
— Спасибо, Биф. Вы очень вовремя.
— Благодари Гектора, — пробасил громила, — он весь вечер просидел в доспехах, ожидая твоего сигнала. Скурил две пачки честера.
— Одну, — второй штурмовик поднялся к столу, — Знаешь, Мак, умудриться выбесить труп… Это талант.
— Эй, морпех, собирай монатки. Мы здесь закончили.

* * *

Бежевый Бьюик Седанет мягко остановился у подъездной дорожки в пригороде. На обратном пути МакМиллан не гнал. Эмоциональное истощение давало о себе знать.

— Я же говорю здесь много всякого происходит, — и в интонации голоса, и по выражению печали на лице, новичок внезапно понял, почувствовал, сколько боли уже доставил старому детективу Эдди Маку МакМиллану этот город. И промолчал, переваривая произошедшее.

— Ты хорошо справился, сынок.

Ривз фыркнул. И вместо ответа молча открыл дверь. Но выйти не успел — МакМиллан поймал его за рукав:
— С рождеством, Ривз! – в руках у Мака был большой конверт из плотной бумаги и кожаная кобура с огромным Кольтом. А на лице сияла его мерзкая циничная улыбка.
— Пошел ты, МакМиллан!

Уже у самой двери в маленький одноэтажный домик Алекса окликнули:
— Морпех!
— Что?
— Сам пошел! Ха-ха!

Рокот двигателя унес гогот старика за поворот на 51 авеню. Туда, где его ждали доблестно заработанная пенсия блюстителя правопорядка и жуткие ночные кошмары пережитых дней.

*Рассказать своему миру: